Викрам (также известен как Chiyaan, Kenny) родился 17 апреля 1966 года в городе Парамакуди,
округ Раманатхапурам, штат Тамил-Наду, Индия. Он закончил Montfort School, где имел
возможность заниматься танцем, карате и плаванием. В школьные годы появилась
главная и единственная цель - стать актером. Однако по настоянию родителей Викрам
поступил и окончил Loyola College, Ченнай, и получил стапень MBA. Только после этого ему
представилась возможность сыграть в кино.
Путь к вершине был медленным и неровным для этого актера "с горячим сердцем",
который действительно заслуживает его звездной славы. После десяти долгих лет
борьбы в тамильском кинопроизводстве с второстепенными ролями у Chiyaan вышел его
первый блокбастер 'Sethu'. Действительность превзошла все ожидания и мечты, и дальше
последовали роли как в коммерческих хитах в Dhil,
Dhool, Gemini, Saamy, Anniyan,
Bheema, так и в фильмах-победителях различных
номинаций (Kasi и
Pithamagan). Со
свойственным ему блеском за очень короткий промежуток (7 лет) Викрам вышел за
узкие границы тамильского кинематографа, чтобы стать не только южноиндийской
звездой, но и заметным индийским актером. Самый большой плюс Викрама как актера -
его многосторонность.
Из разных интервью обо всем
- Как и когда начался ваш актерский путь?
-
Я всегда хотел быть
актером, с тех пор как я себя помню. В третьем классе в школе, где я учился (Montfort Scool,
Yercaud) я играл в пьесе «Пароход / Steamboat». В восьмом классе я играл в пьесе «The Doctor In Spite
of Himself» («Лекарь поневоле» Мольера). Актер, исполняющий главную роль, заболел за
пять дней до спектакля, и я попросился заменить его, поскольку подходил по
возрасту и знал все диалоги. Спектакль имел огромный успех, и с тех пор я играл во
всех школьных спектаклях.
- Ваши родители настаивали, чтобы вы закончили обучение?
- Родители пихали меня в точные науки и математику, но я в конце концов остановился
на английской литературе.
Я
никогда не отличался особой прилежностью. Единственный раз, когда я засунул нос в
учебник - когда готовился к экзамену по французскому языку, чтобы сдать
задолженности в колледже. И сделал это только потому, что был прикован к постели
после аварии. А второй раз - когда я учил хинди-диалоги для Raavan.
Я получал тексты в 11 вечера перед съемкой.
Хотя еще за два месяца до этого я обращался к сэру Мани, и он заверил меня - «не
волнуйся, Кенни, мы все уже написали». На самом деле диалоги писались прямо на
съемочной площадке. Мы слонялись туда-сюда в ожидании текстов. Иногда мне
приносили их вечером, и после тренировки и физиотерапии я их читал до половины
второго, а потом ставил будильник и поднимался в 5.30, чтобы их выучить.
- Как вы получили ваш первый шанс?
-
Я снялся в сериале Galatta
Kudumbum. Отработал в трех или четырех эпизодах, потом у меня был фильм о наркотиках -
что-то вроде социальной рекламы. Снялся в нескольких рекламных роликах. Но я был
уверен, что кто-нибудь заметит меня в сериале и пригласит сниматься.
- Какие предложения вы получили после сериала?
- Меня пригласили в фильм, который делали 21 продюсер. Но моим первым официальным
фильмом до этого был
En
Kadhal Kanmani мистера Шридхара в 1990 году. Потом оператор Шрирам позвал меня в свой
режиссерский дебют,
Meera.
После этого фильма люди узнали, что есть актер по имени Викрам. Но успех не
приходил ко мне долго.
Я
рассматривал каждый свой фильм как стартовую площадку и надеялся, что вот сейчас
наконец придет успех. Но ничего не происходило. Это положение аутсайдера измучило
меня, и жена уговаривала меня остановиться. Она твердила мне - это твой последний
фильм. Но я продолжал идти дальше. Иногда я подрабатывал автором рекламных
текстов. Но когда мне предложили
Sethu, моя жена заняла твердую позицию. Она заявила, что у нас в банке
осталось всего 25 тысяч. К тому же мой друг из Америки советовал мне пойти на курсы
NIIT (Национальная Информационная Инфраструктура), и предлагал подыскать мне
работу.
Я упросил жену
подождать, и пообещал, что если
Сету не сработает, я брошу кино.
- В чем секрет вашего следования за мечтой в течение тех десяти лет?
-
Я никогда не сидел сложа
руки.
Я занимался
фотографией - я фантастический фотограф.
Я учил языки - малаялам, телугу и тамили (хинди я
никогда не учил, потому что мой отец был активным дравидийцем и выступал против
этого языка). Учился играть на инструментах - гитаре, пианино, саксофоне, трубе,
флейте, учился играть баскетбол, кабадди и крикет. В спорте я не добился особенных
успехов - пожалуй кроме плавания и бокса.
Я занимался всем этим, потому что видел - когда
актеры должны в фильме играть в теннис или на пианино, они делают это так
ненатурально, я хотел быть подготовлен, если понадобится.
Я занимаюсь этим до сих пор. Весь мой день - это
фильм, над которым я работаю.
- Как вы впервые встретили вашу жену?
-
Я встретил ее на вечеринке
в доме наших общих друзей.
Я
увидел ее - и зазвенели колокольчики... Потом она приходила навестить меня, когда я
попал в аварию. Она родилась в один день с Ганди, и воспринимает такие вещи очень
серьезно. В то время она училась на факультете психологии, и я подумал - "ух ты!"
Когда она спросила меня, чем я занимаюсь, я ответил - ничем, но буду кинозвездой.
Позже она говорила мне, что в тот момент подумала, что у меня мания величия.
- Какую роль в вашем успехе сыграла ваша жена?
- Моя жена была очень терпелива в те дни, когда я пробивался. Если я уравновешенный
человек, то все это благодаря моей жене. Этим я обязан ей.
- Что управляет вашим миром?
- Моя жена и дети. Что действительно здорово - дома я обычный отец, я читаю книги,
чищу их, ставлю в шкаф и иду гулять с детьми. Они не относятся ко мне как к актеру.
Дома все как обычно, они не приписывают мне какую-то особую важность, разве что
когда выходит мой новый фильм, они прыгают на меня и говорят - папа, ты так классно
выглядишь! или кричат, когда видят меня на экране. Они не читают мои интервью - мою
дочь больше интересуют интервью Ранбира и Катрины.
- До того, как вы стали актером, вы попали в страшную аварию, и доктора махнули
на вас рукой, утверждая, что вы никогда не будете ходить...
- Это была очень тяжелая авария. Мои ноги были раздроблены.
Я был прикован к постели три долгих года и четыре
года не мог ходить. Доктора отказались от меня. Но это несчастье пошло мне на
пользу, возросла моя решимость добиться цели.
Я понял, что должен бороться и заставить себя
ходить - тогда я смогу стать актером.
Я прошел через невообразимую боль, наверное, после этого я развил в себе
силу воли, которая была мне нужна в те годы, когда я пытался пробиться. Эта боль
остается со мной, особенно по утрам. Поэтому я хожу на физиотерапию. Но я сделал ее
частью своей жизни.
- Как вы совершенствовали свое актерское мастерство за эти годы?
- В каждом фильме я хотел быть другим. После того, как я встретил Балу, я понял, что
должен играть, драться и кричать по-разному. Бала - это мое самое большое
вдохновение. Мою карьеру можно разделить на «до
Сету» и «после
Сету». До
Сету я не был актером.
Я многому у него научился - как создавать
персонаж, как влезать в его шкуру. В
Pithamagan я погрузился в своего героя - крематора. Для Балы актер - это фильм.
В то время как у сэра Мани работает очень много всего. И все это нужно включать в
свою игру.
Я знаю, какую
важность он придает освещению, и изучал, как это можно выгоднее использовать.
Я учился, где стоять в кадре,
чтобы получить лучшее освещение из того, что он использовал. Сэр Мани постоянно
говорил мне - «ты знаешь, с какой стороны свет, можешь показать лучшее, на что ты
способен». Если он простраивал его широко - я понимал, что нужно раскинуть руки,
тогда это сработает. У сэра Мани я научился процессу кино. Наблюдать за ним в
работе - это что-то удивительное. Еще я научился кое-каким нюансам в романтической
сцене.
- Каков был опыт работы с Мани Ратнамом?
- Мани Ратнам дал мне много драйва и свободы как актеру. Это был большой вызов для
каждого, поскольку мы знали, что должны показать свою лучшую игру в фильме. Мы не
знали, где заканчиваются джунгли и начинается съемочная площадка. К месту съёмок
было практически невозможно доехать на автомобиле и нам запрещали это делать. Мы
были как солдаты на войне. Джунгли были нашим врагом. Каждую сцену снимали с
большим риском. Кроме того, было много воды и дождя. Мы были все время промокшие и
легко могли заболеть. Сначала Мани Ратнам хотел завершить фильм на хинди и затем
приступить к тамильской версии. Но планы поменялись, и мы решили одновременно
делать обе версии. Мы снимали последовательно. Сцену на хинди, сцену на
тамильском. Это было интересно. Мои герои совершенно разные люди, как внешне, так и
внутренне. И для меня было вдвойне тяжело, потому что я играл Равану в тамильской
версии и Дева на хинди. Мне всегда нравилось экспериментировать, играть
запутанные характеры, но этот фильм превзошёл всех не только концепцией, но и
сложностью работы. Айшварья играла одну героиню в двух версиях на двух разных
языках. Например, если она со мной взбиралась на скалу, то затем спускалась и
делала ту же самую сцену с Абишеком. Мы очень подружились с Абишеком. Он оказался
даже больший шутник, чем я. Мани Ратнам похож на солдата, когда он снимает сцену. Он
снимает такие моменты, которые способны изменить действительность. Благодаря
работе с ним, я больше узнаю о кино. Съемки с Абхишеком Баччаном и Айшварьей Рай
дали мне новый опыт.
Я был
впечатлен их самоотдачей.
- Что скажете об опыте работы в фильме на языке хинди?
- Играть в Raavan было довольно трудно. Хотя до этого была кинокартина "Aparachit",
дублированная на хинди версия "Незнакомца / Anniayan". До ее выхода я был известен
только на Юге; благодаря дублированной версии, меня стали узнавать за пределами
Юга.
Я был потрясен, что меня
знают, когда прибыл на Север ради "Злодея / Raavan", удивился, когда местный водитель
попросил, чтоб я расписался в его книге. Даже некоторые из молодых артистов
подходили ко мне и просили мою фотографию со словами, что я очень понравился им в
"Aparachit".
Я был потрясен этим,
потому что мне сказали, что фильм не преуспел.
- Вы решили принимать больше предложений от хинди продюсеров после "Злодея /
Raavan"?
-
Я решил сейчас играть
больше в фильмах хинди, потому что посчитал их интересными. Мне нравится в кино
хинди, что роли написаны интересно даже для героев второго плана. Например,
невозможно представить "3 идиота" без Бомана Ирани. На юге система звезд настолько
распространена,что даже если я соглашусь быть частью такого фильма, как, например,
тамильская версия "Rajneeti", продюсер будет не в состоянии привлечь других больших
звезд в фильм, как сделал Пракаш Джха.
- Всем в индустрии известен тот факт, что вы выбираете сценарии лишь после
тщательного обдумывания. Что вас так привлекло в Deiva Thirumagal?
- Ну, прежде всего, мне всегда нравилось делать трудные роли. В новаторстве я
нахожу радость своей работы. Когда Виджай пересказывал сценарий, я почувствовал,
что фильм будет не просто развлекательной лентой. И давайте не будем забывать, что
я, как актер, имею свои моральные обязательства перед обществом.
- Это правда, что Цензорная Комиссия прислала вам букет цветов после
просмотра фильма?
- Да, и знаете что - это впервые, когда члены Комиссии присылают цветы актеру в
качестве одобрения его работы. Для меня это была большая честь. Несомненно, это
был потрясающий момент.
- Какими актерами вы восхищаетесь?
- Кроме Амира Кхана, я восхищаюсь господином Баччаном, потому что он тот актер,
который даже в своем возрасте готов к открытиям.
- Несмотря на то, что вы звезда первой величины на Юге, почему вы ни разу не
вели телешоу?
- Меня удивляет, что в Мумбаи меня спрашивают, почему я не веду тамильских телешоу,
в отличие от Шахрукха Кхана или Амитабха Баччана в Мумбаи.
Я не делаю этого по той причине, что на юге совсем
другое мышление. Если ты ведешь там передачи, это значит, что ты безработный актер,
поскольку фильмы важнее всего.
Я нахожу Ченнаи и Мумбаи совершенно разными. Мумбаи настолько
красочный и полный жизни, в то время как в Ченнаи жизнь останавливается после 20:00.
У нас нет такого образа жизни на Юге, потому что нет жизни вообще после 20:00.
- Почему южные герои не пользуются таким успехом в Болливуде, как южные
девушки?
- Девушки добавляют гламура в любом фильме и не обязательно дебютируют в
основополагающей роли, тогда как мы, мужчины, должны нести весь фильм на своих
плечах. Также девушки могут легко собраться и переехать в Мумбаи, чтобы остаться
там, поскольку им нечего терять в своей карьере. Асин бросила все и переехала сюда
ради "Гаджини" и "Лондонских грез". Этот фильм не преуспел, и она снова вернулась в
Ченнаи, чтобы работать в тамильском фильме. Девушка может себе позволить играть в
тамили и хинди кино, даже если ее фильм не преуспел, в то время как для нас провал
означает смертельную угрозу для карьеры.
- Как вам удается войти в плоть и кровь своего героя?
-
Я люблю находить себя в тех
героях, которых играю в своих фильмах.
Я пытаюсь сначала принять внешность персонажа и медленно привыкаю к
нему. Через месяц я становлюсь им. Это помогло мне добиться успеха в таких фильмах,
как "Сету", "Сын Бога" и "Анниян".
- Как вы проводите свое свободное время, когда не снимаетесь?
- У меня есть несколько близких друзей, мы встречаемся у них или у меня, или мы
ходим вместе в кино.
Я очень
приватный человек.
Я не хожу
на дискотеки, я могу позажигать или устроить вечеринку. Но обычно я держусь в
стороне от этого. Если меня нет дома, значит я в тренажерном зале.
Я провожу там два часа утром и час вечером.
Час я прохожу физиотерапию и вожусь с детьми и животными. У меня есть попугаи, два
боксера, одна гончая и одна дворняга.
Я хожу гулять рядом с домом в Бесант Нагаре.
- Вы религиозны?
-
Я очень религиозен.
Я не хожу в храмы и церкви, но
я молюсь Иисусу.
Я верю в
универсальную энергию.
Я
занимаюсь оздоровительными практиками Рейки и медитацией, мне это нравится. У
меня есть гуру по имени Раджи, он учит меня медитировать. Мне нравится позитивная
энергия вокруг меня.
Я не
люблю негативность и ухожу от любых негативных разговоров.
- Что может вас разозлить?
- Некомпетентность. Совсем как моего героя в Анниян, только в еще большей степени.
Я злюсь в транспорте.
Я живу с персонажем, которого
играю, еще долго после того, как фильм выйдет на экраны. Но Амби - один из
персонажей Аннияна - единственный, кто продолжает жить во мне.
Я не раскидываю мусор и все ненужные
бумажки складываю в карманы, а потом выбрасываю в мусорную корзину. Еще меня очень
злит, когда люди не выкладываются в работе на сто процентов. Если они не способны
что-то сделать - это другое дело, но когда аудитория так много ждет от тебя в
фильме, а ты разочаровываешь их, потому что не хочешь выкладываться - этого я не
выношу. Если я снимаюсь у Виджая - то это потому, что он всего себя отдает работе.
- Вы говорили, что хотели бы уйти, после того как сниметесь у ваших любимых
режиссеров - Шанкара и Мани?
- Да, но я хочу сделать еще одного Шанкара, еще одного Мани и еще одного Балу до
того, как уйду.
Я хочу
снимать хорошие тамильские фильмы с простыми и добрыми историями. Это
действительно другая ступень.
